суббота, 5 октября 2013 г.

М. Найдорф. "ОЧЕРКИ СМК"




Марк Найдорф. ОЧЕРКИ СОВРЕМЕННОЙ МАССОВОЙ КУЛЬТУРЫ. Монография. – Одесса : ВМВ, 2013. - 267 с. 

Об этой книге здесь -  видео


Предисловие

«Массовая культура» – давно уже не упрек, а имя, которое присвоено самому влиятельному в современном мире типу культуры. Распространенность её превосходит границы стран, регионов и континентов; по основным своим свойствам она – наднациональная, глобальная. Но, в то же время, современная массовая культура поразительно разнообразна: у разных народов и обществ могут быть разные предметы массового интереса и массовой приверженности. Массовая культура в Тайланде и Финляндии выглядит по-разному, но это – один тип культуры. Например, азиатские страны переняли у Запада практически все в области шоубизнеса, хотя и сохранили мелодические особенности, которые позволяют легко отличить  популярную музыку Азии от европейской.

Современная массовая культура сложилась в ХХ веке как историческая альтернатива культуре Нового времени (иное её название «культура Модерна», откуда происходит представление о «постмодернизме» современной культуры). Но в ней, в то же время,  очевидны разнообразные унаследования, отмеченные в ХХ веке такими терминами как, «неофольклоризм», «новое Средневековье», «необарокко», «неоклассицизм» и т. п. Действительно, важнейшее свойство современной культуры состоит в её способности легко адаптировать любые фрагменты мирового культурного наследия, превращая в артефакты, пригодные для циркуляции в современном массовом обществе. Например, музыка Антонио Вивальди, некогда дворцовая, сейчас массово звучит в автомобильных проигрывателях, старинные дворцы и замки становятся отелями, а мифические верования древних перерабатывают в сюжеты мультипликационных фильмов для детей. 

Происхождение современной массовой культуры, её неизбежность и её основные свойства составляют предмет описания в шести очерках данной книги. Это – разные взгляды на один предмет, позволяющие увидеть его с разных позиций, но, разумеется, никак не исчерпывающе. Описанию не угнаться за своим предметом. Еще сравнительно недавно эмблемой массового общества были бунтующие толпы, вожди и уличные шествия, а сегодня наибольшую массовость мы наблюдаем в широко известных  виртуальных «социальных сетях» (“Facebook”, “ LinkedIn”, “Вконтакте” и т.п.), и совсем иным способом, чем раньше. Еще недавно искусство и наука считались самой своей природой предназначенными только для индивидуального творчества – вопреки всеобщему омассовлению. Сегодня все сферы творчества ищут себя в структуре современной массовой цивилизации, в противном случае они становятся любительскими занятиями (для себя). С другой стороны, благодаря всеобщей доступности средств коммуникации, информационная сфера общества становится массовой и, по существу, любительской, даже если в ней участвуют профессионалы, поскольку и они широко пользуются бесчисленными сетевыми источниками.
Еще недавно частное и публичное пространства казались неприступно различенными, сегодня Интернет размывает их границу: фотографии, предназначенные как будто для частного альбома, на условиях анонимности могут быть помещены в Сеть для всеобщего сведения. Глобализация медленно и непрерывно подрывает суверенитет национальных правительств, а стандартизация, в обмен на комфорт,  реконструирует внутренний мир массового человека.
Таким образом, современная массовая культура является нам как непрерывный процесс становления нового общества, в котором еще мало что приобрело признаки формальной стабильности. Автор выпускает свою книгу в надежде, что его усилия вольются в общий ход современного общественного самопостижения.

«Очерки современной массовой культуры» адресованы широкому кругу образованных читателей. В то же время, их можно использовать в преподавательской работе. По мере написания автор включал их в свой университетский курс как теорию современной массовой культуры, и, как кажется, с положительным результатом.
Кроме очерков в книгу (раздел «Опыты») включены четыре работы, посвященные анализу различных явлений в современной культуре, в которых сложно сочетаются признаки новизны и унаследования. Каждая их этих работ продолжает темы, освещенные в очерках.

Кроме очерков в книгу (раздел «Опыты») включены четыре работы, посвященные анализу различных явлений в современной культуре, в которых сложно сочетаются признаки новизны и унаследования. Каждая их этих работ продолжает темы, освещенные в очерках.


Заключение

Утверждение и распространение массовой культуры до масштабов мирового значения заняло почти сто лет – приблизительно от 1870-х до 1960-х гг. с явной внутренней границей, которая пришлась на годы Первой мировой войны. Постепенность и всеохватность изменений затрудняли осознание современниками этого процесса, а сам переход затрагивал разные группы людей с разной мерой принудительности. Слом жизненного порядка, составивший основное содержание этого отрезка истории, порождал разные чувства: чувство катастрофы, чувство очистительной бури, чувство обреченности, чувство радикальной надежды, противоречивое разнообразие чувств – от отчаяния до азарта, порой у одних и тех же людей в одно и то же время. По смыслу же, для кого-то происходившее представлялось странным зигзагом истории, ошибкой, которую можно и нужно исправить, для иных преодоление прошлого казалось залогом многообещающего и всестороннего обновления жизни.
В переломные периоды всегда оказывается так, что в одном обществе рядом живут и взаимодействуют между собой люди, живущие несовпадающими культурными представлениями. До Второй мировой войны преимущественным было деление «на два»: массовая культура многими воспринималась как вспухающая низовая культура, как агрессивное «бескультурье» (китч), тогда как унаследованное владение культурой Нового времени часто рассматривалось как признак культурной аристократии «вечных ценностей» и принадлежности к элите.
Когда новый тип культуры сложился и получил широкое распространение, исчезло само представление о разнокультурности «верха» и «низа» общества, его элиты и его массы. Повсеместно, среди всех общественных групп, мы видим людей, сформированных массовой культурой и адаптированных к жизни в массовой цивилизации,  хотя всё ещё нередко в сознании современного массового человека можно опознать сохраненные элементы культуры Нового времени, например, почтительное отношение к художественному и научному творчеству.
В основном же современный массовый человек вырос в атмосфере осознанного или неосознаваемого отвержения наследия Нового времени. Эта решающая фаза наступления  Современной массовой культуры в позднем ХХ веке известна под именем ситуации постмодерна, которая, в свою очередь, выросла на почве дошедшего до абсурда (Камю) опыта культуры Нового времени на стадии распада её целостности.
В приближении к XXI веку базовые убеждения эпохи Нового времени и её основные цивилизационные формы оказались вытеснены структурами массовой цивилизации. Отчасти, они сохраняются в имитациях унаследованных форм жизни, понятий и институтов, («симулякры» – по Ж. Бодрийяру) которые в свою очередь обещают вскоре уйти в прошлое.

***

По мере того, как в ХХ веке и с нарастающей определенностью массовое общество и его «массовый человек» создают свою – современную массовую – культуру, проясняются её основные  мотивационные векторы, которые направлены в иную сторону, по сравнению с направлением воли и представлений, господствовавших в Новое время.
Вот некоторые примеры того, насколько фундаментальные устремления современного массового человека, отличны от устремлений его предшественника – человека Нового времени.
- Массовый человек по-другому относится к природе. Наука Нового времени достигла такого познания Природы, что смогла сделать овладение Природой для нее угрожающим, а для человека гибельным (например, извлечение ядерной энергии). Человек нового времени почтительно склонялся перед Природой. Человек-масса относится к окружающей природной среде как хозяин – к ценному, но весьма уязвимому наследию;
- Человек Нового времени обожествлял Разум и Науку, которая призвана была открывать разумность мироздания. Современный массовый человек после социальных катастроф ХХ века не готов полагаться не только на промысел Божий, но и на разумность мироздания.
- Человек Нового времени верил в искусство как силу, облагораживающую человека, а в самом искусстве видел  незаменимое средство открыть человеку его красоту, его сложность и его достоинство в мире. В итоге Нового времени в искусстве было достигнуто умение строить настолько сложный образ человека, что такой человек стал непостижим самому себе. Теперь в искусстве предпочитают видеть изобретательную и занятную – простую или более сложную – игру известными символами и смыслами;
- Учение Фрейда о бессознательном (упрощенное в массовом сознании) стало ответом массовой культуры на сложный нововременной психологизм. Фрейдизм свел понимание сложности человека к нескольким типичным неврозам (неврастения, невроз навязчивых состояний, истерия и т.п.) и психологическим комплексам (эдипов комплекс, комплекс неполноценности, комплекс вины и т.п.). Таким образом, понимание «внутреннего мира человека» сводится к опознанию в его психике известных «стандартных деталей и механизмов».
- Человек Нового времени верил в то, что полученное образование может быть основанием для личного социального успеха. В то же время культура Нового времени верила в то, что распространение образованности приведет к улучшению качества коллективной жизни. Массовое образование уже достигнуто. Но массовая культура трактует образование операционально, как ремесло и никак на связывает хорошее образование с достоинствами личности. В массовом сознании университетский диплом свидетельствует в первую очередь о приобретенной социальной вменяемости, но в то же время позволяет предполагать, что владелец диплома получил образование и  широту взглядов.
- Человек Нового времени верил в равенство людей. Вопрос, однако, заключается в основании этого равенства. Массовое общество достигло равенства, но оно выстраивается по самым простым и самым безличным критериям (национальное, имущественное, гендерное, правовое равенства), а не по сложным и лично приобретаемым (социальная и профессиональная компетентность), как надеялись творцы-философы Нового времени.

Заметим, что в этих сравнениях – на фоне Нового времени – современный массовый человек иной раз выглядит как историческая утрата. Но это ошибочное впечатление возникает, если из прошлого за образец берутся только образцовые воплощения. Обычный человек Нового времени был, конечно, другим, но он, возможно, и не был лучше. Кроме того, надо признать, что человек Нового времени не мог бы вписаться в условия современной массовой цивилизации. Современный человек находит себя в иначе устроенном мире и иначе понимает своё место в нем. Именно поэтому он – человек иной культуры.

***

Современное общество удерживает свойственные ему картины/образы мира посредством массы текстов, которую безостановочно воспроизводит обширная и всепроникающая сеть средств тиражирования общезначимой информации, называемых «СМИ» («средства массовой информации») или «масс-медиа» (mass-media). В этой картине мира многое не совсем так как «в жизни». Если сравнить рекламные товары, рекламные семьи или рекламные доходы – с теми, которые распространены в нашем живом окружении, то нетрудно «почувствовать разницу».  Вывеска магазина second-hand «Товары из Европы» не смущает покупателя: он знает, что имеется в виду «настоящая Европа», а не та, где он географически живет. Медийная жизнь «звезд», состоящая в основном из «появлений на публике» – шоу и презентаций, прослоенных медийными «скандалами», – имеет мало общего с трудом и личной жизнью артистов, чьи персональные усилия наполняют существование этих «звезд». Или, вот еще пример: если взять список стран мира, то выяснится, что их намного больше, чем можно различить в картине мира любого массового общества.
«Медийное иномирие» – это особое пространство, которое имеет одновременно, общие свойства с обычным («земным») пространством повседневной частной и  публичной жизни и, в то же время, радикально от него отличается. Эта противоречивость сходства-различия выражается в том, что «медийное иномирие» являет собой схему «земного» пространства – упрощенную, но доведенную до совершенства в её основных параметрах.
Коммерческая реклама образует мир совершенных вещей. Политическая  публицистика рисует  или  условно спасительную (сторонники) или условно вредоносную (противники) администрацию. Люди «мира моды» – это творцы и обладатели совершенной («идеальной») внешности: одежд, тел, аксессуаров. Мир развлечений – это условный, сказочный мир для детей всех возрастов, слабо различающих «хочу» и «могу». Даже образ природы в СМИ – случившиеся где-то ураганы, смерчи, наводнения, снежные заносы, извергающиеся вулканы – это её образ в состоянии исключительности, предела, это не та природа, в которой люди живут обычно.
 Основная функция «медийного иномирия» в массовой культуре – закрепление ансамбля значений, которыми руководствуется «массовый человек». Поэтому картина мира в массовой культуре – это мир клише, «символически» маркированных мест: «свободный мир», «демократические страны», «развивающиеся страны», «мировое сообщество», «ось зла», «чеченский след», «израильская военщина», «исламский фактор», «крыша мира» (Памир), «город желтого дьявола», «страна грёз» (Голливуд), «мир прекрасного» и т.д. Ни об одном из этих определений нельзя сказать точно, кто это, где это и когда.
Символическое пространство «медийного иномирия» удерживает также образ символического человека – героя этой культуры.  «Герой культуры» – это всегда и только «семиотический», а не живой индивидуально данный человек. Функция, ради которой он «пребывает» в пространстве «медийного иномирия», состоит в том, чтобы  манифестировать место человека в пространстве массовой культуры. Например, если некто N определен в этом пространстве как «самый сексуальный мужчина года» (или женщина), то это не значит, что в мире точно нет никакого более «мужественного» мужчины или «женственной» женщины. Это говорит нам только о том, что в пространстве массовой культуры сексуальная привлекательность считается важной.
Сравним. Средневекового человека описывают в категориях вассальной верности, долга, набожности и восторженности перед лицом Вседержителя, страха перед лицом вечности.
В Новое время человек толкуется в понятиях природности и права: лучшие мыслители ищут «природу человека» и обсуждают его неотчуждаемые «естественные права».
В Современной массовой культуре ищут потребности человека (чтобы их удовлетворить). Поэтому современное массовое общество называют потребительским, обществом потребления. Герой современной массовой культуры в его положительном смысле – потребитель. А мир «медийного иномирия» – это, собственно, каталог потребительского мира.

***

История последних ста лет показала, насколько всеохватным и последовательным был процесс омассовления современных обществ. Господство Современной массовой культуры означает, что каждый  человек  с неотвратимостью становится участником самых разнообразных  возникающих и распадающихся масс. В этой неотвратимости – сама суть массового общества, а именно в том, что иного способа культурного самоопределения и социализации индивида в массовом обществе нет.
В ХХ веке возник целый спектр форм, которые принимали новосозданные массовые общества – в зависимости от исторического опыта разных народов: от простых тоталитарных до сложноорганизованных так называемых «свободных, демократических» обществ. Простые, тоталитарные общества, несмотря на кажущуюся их общедоступность и дешевизну, оказались непомерно обременительными и прекратили своё существование, оставив исторические уроки тем, кто может быть  воодушевится соблазнами нищих.
Современная массовая культура – явление более сложное, чем кажется на первый взгляд. По природе своей массовые общества, эти «демократии больших чисел», ежедневно, ежечасно рождают тоталитаризм. Но те же массовые общества могут успешно преодолевать эту наклонность, если на то будет воля индивидов. Справедливо считается, что включенность индивида в массу лишает его самобытности. Но наличие в обществе множества разнородных масс открывает индивиду поле выбора и самовыражения. Кроме того, массовое общество нуждается в сохранении обширной сферы,  прежде всего, профессиональной – высокотехнической и деловой, которая остается особым пространством, своего рода «заповедником», где достижение практических результатов невозможно без личного творчества, поиска истины и верности ей. Следовательно, современная культура намного сложнее, чем это может казаться при изучении её отдельных проявлений.

Очевидно, что Современная массовая культура  прошла начальную фазу своего формирования. И поэтому её описание в данный момент не может быть окончательным.

Об этой книге 


Комментариев нет:

Отправить комментарий